АЛЕНА (wangeliy) wrote,
АЛЕНА
wangeliy

Categories:

Химеры в поверьях предков.

[Spoiler (click to open)]309196_original.gif

Народные поверья и знания переходят непосредственно в басни, притчи или иносказания. К этому числу принадлежат: поверье о том, что медведи были некогда людьми. Наши предки все прекрасно знали, от кого и как произошли зверолюди, но старались придать этим генетическим экспериментам логические объяснения. Они точно подмечали черты характера таких гибридов. Например, как они описывали зверомедведя по чертам характера : люди эти жили в лесу, ни с кем не знались и были не хлебосольны, не гостеприимны. Однажды зашел к ним какой-то благочестивый старец, постник и сухоядец, и постучавшись тщетно сподряд у всех ворот прошел все село из края в край, отряс прах с ног своих и проклял недобрых хозяев, велев им жить отныне в берлогах. Это , конечно же, не было прямым магическим воздействием, просто понимание, что этот нелюдимец был гибридом зверя.

Собака, по такой же сказке, также была зверочеловеком; но обращена в пса за обжорливость свою. Пчела просила себе смертоносное для человека жало; оно дано ей, но только с обратным условием: оно смертоносно для нее же самой. Известный древний мудрец, начальствовавший всеми животными, послал ворону, которая случилась у него на вестях, чтобы она привела лучшего певчего: старику хотелось уснуть под сладкие песни. Но он уснул, не дождавшись песен, и проснулся в испуге от страшного карканья; ворона привела ему целое гнездо вороненков, извиняясь тем, что лучших певчих нельзя было сыскать во всей поднебесной.

Есть даже несколько длинных и довольно складных сказок, принадлежащих сюда же, как сказка о Георгии храбром и о волке; Езопова басня о куре и лисе, которая известна едва ли не у всех народов; равно и сказка о Лисе Патрикеевне, которая морочит волка, медведя и многих других животных, промышляя на их счет. Эта замечательная сказка, отысканная в древних рукописях на французском и немецком языках, живет доныне в преданиях всех почти европейских народов и пересказывается между прочим также у нас, на Руси и на Украине. Во всех этих сказаниях, зверолюди обладали разумом и умели говорить. Деградируя разумом , потому что зверолюди не обладают способностью удерживать в своих тонких телах осознанность, эти химеры постепенно превращались в тех животных, гены которые в них доминировали. Все эксперименты черных жрецов приводили к одному и тому же результату: разум постепенно деградировал.

О ласточках говорят, что они чириканьем своим предостерегали Спасителя от преследователей , а воробьи продали Его, крича: жив, жив, за что у воробьев ноги связаны невидимыми путами и птица эта не может переступать, а только прыгать. Есть также предание, что ласточки крали у римлян гвозди, коими распинали Христа, а воробьи отыскивали их и опять приносили. Поэтому ласточек, по народному мнению, грешно бить или разорять их гнезда.
О громе говорят, что это Илья пророк ездит по небу в огненной колеснице, поражая стрелою диавола, а тот прячется за людей. Суеверие это подтверждается частью находимыми в песчаных местах громовыми стрелами, похожими с виду на минерал, известный под названием чертов палец. Дело в том, что от удара молнии в песок действительно он сплавляется, в виде сучковатых сосулек. Стрелы эти ,между прочим ,окачиваются водой, коею поят больных, от колотья.

Зеркало, как дивная для простолюдина вещь, подало раскольникам повод к особой сказке: какой-то пустынник, не устояв противу соблазна диавола, возмечтал о себе столь нелепо, что вздумал свататься на какой-то царской дочери. Царевна, по девичьим причудам, отвечала: если он достанет мне ту вещь, которую по всему царству не могли найти, вещь, в которую бы я могла видеть себя чище чем в воде, то выйду за него. Пустынник пошел стараться и наткнулся путем на порожнюю избушку, в которой черт отозвался ему, сказав, что попал в рукомойник, заперт и заговорен в нем каким-то стариком, и что готов отслужить какую угодно службу тому, кто его выпустит. Порядившись с ним на ту затейливую вещь, которую требовала царевна, пустынник снял деревянный крест, которым накрыт был глиняный висячий рукомойник; черт выскочил, встряхнулся, сделал и подал старику зеркало, которое этот отнес царевне. По словам некоторых, он женился на ней, но был наказан тем, что видел всюду двойника своего, который не давал ему ни днем, ни ночью покоя и замучил его до смерти; а по словам других, старик покаялся до свадьбы, смирился и ушел навсегда опять в пустыню. По сей причине у раскольников и поныне зеркало есть вещь запрещенная, созданная дьяволом.

Беда не по лесу ходит, по людям, а как пойдет беда, растворяй ворота, никогда-де одной бедой не кончится. Это поверье основано на случайностях, служивших поводом к изобретению его. Но есть кроме того поэтическое поверье в бедовиков, несчастных на все руки, или бедокуров; к чему бы такой человек ни прикоснулся, от этого ожидают только худого; его жалеют, его не хотят обидеть, но всяк сам себе ближе, и бедняка не менее того выпроваживают за порог, если он куда зайдет, не держат в одной рабочей артели, не дают никуда приткнуться, даже не смеют подать помощи, опасаясь вреда для себя и для других. Жалкое заблуждение это так упорно, что его иногда ничем нельзя победить.

В числе сказок о нечистом находим также определение различия между многими именованиями его: черт смущает, бес подстрекает, дьявол нудит, сатана творит лживые чудеса, для соблазна.
Есть сказка о блаженных островах Макаийских, где сытовые реки, кисельные берега, или молочные реки, медовые берега; девка выйдет, одним концом коромысла ударит, готовый холст поденет; другим зачерпнет, нитки жемчугу вытянет; стоит там и береза золотые сучья; и корова, на одном рогу баня, на другом котел; олень с финиковым деревом на лбу, и птица сирин, иначе райская, перья непостижимой красоты, пение обаятельное, лик человеческий.
Поверье о неразменном или неизводном рубле, который можно достать у нечистого, продав ему на перекрестке в полночь жареного в перьях гусака, рассказывается различным образом и принадлежит к тем же сказочным вымыслам, принимаемым тут и там за наличную монету, и также распространено у различных народов.
В числе так называемых лубочных картин, которые ныне уже начинают делаться редкостью и без цензуры не печатаются, есть, кроме изображения помянутого сирина, известная космография, где расписаны все баснословные, сказочные страны, люди с песьими головами, блаженные острова Макарийские и много других чудес. Об этом листе была помнится когда-то статья в “Телеграфе”. На другом листе находим мы изображение людей дивных или диких, найденных Александром Македонским внутри гор Рифейских: это люди одноногие, трехрукие, одноглазые, двуносые . Все они выходят навстречу герою-победителю, коему предшествует пеший ратник в полном вооружении. Даже изображения были химер . Святой Георгий, побеждающий дракона (St. George Fighting the Dragon). 1505. Лувр(Париж)



На Руси почитание Георгия Победоносца приобрело сакральное значение. Сидящий верхом на коне и поражающий змия он запечатлен в центре герба Российского государства. Символ Центра общественного контроля - образ Георгия Победоносца, ведь его изображение – это символ победы добра над злом, правды – над ложью.



Мы видим, что Георгий побеждает именно химеру змеечеловека- рептилию, к этим змеям относятся как раз все семитские народы.
Всем известно довольно загадочное явление, что в Москве нет сорок; народное поверье изгнало их за 40 верст из Москвы; но они есть гораздо ближе, хотя, сколько мне известно, никто не видал, чтобы сорока залетала в саму Москву. На это сложено несколько поэтических сказок; Москва основана на том месте, где убит боярин Кучка; его предала сорока неуместным стрекотаньем своим, когда он спрятался под кустом; он ее проклял умирая и сороки исчезли оттуда навсегда. Другие говорят, что сорока унесла с окна последний кусок сыра у одного старца, угодного небесам; он ее проклял за это и изгнал из округа.
Третьи сказывают, и это предание сохранилось в народных песнях, что Маринка Мнишек, будучи ведьмой, перекинулась в сороку, когда пришлось ей худо, и вылетела из окна терема своего; за это сорока была проклята в то время и не смеет явиться в Москву.

Есть еще довольно сложное и старинное поверье о василиске, который родится из петушьего яйца. Заметив, что курица иногда сдуру силится запеть петухом, люди из этого заключили, что и петух может иногда прикинуться курицей и снести яичко. Это яйцо кругленькое, маленькое, называется спорышок, и в сущности есть не иное что, как выносок куриный, т. е. уродливое яичко, как говорят, последнее, когда курица перестает нестись. Народ иногда утверждает, не знаю по каким приметам, что это яйцо петушье: что петухам во сто лет разрешено снести одно только такое яйцо; а если девка поносит его шесть недель под мышкой, то из него вылупится василиск. Об этом василиске есть множество рассказов: он делается оборотнем, или соединяется с злым человеком, с колдуном, и невидимо в нем живет; он вообще исполняет все приказания мачехи своей, выносившей его под мышкой, приносит ей золото, мстит за нее тем, на кого она зла, дает ей разные вести . Может быть, поверье или сказка эта в связи с преданиями о сожительстве женщин с нечистым духом, со змиями огненными, летучими и другого разбора. Ведьма, по мнению некоторых, есть именно плод подобного супружества, а сказка о Тугарине Змеевиче и ей подобные суть уродливые порождения разгула народного воображения, настроенного на этот лад.

Кирша Данилов рассказывает один из подобных случаев, о рождении Волхва Всеславича такими словами: “По саду саду, по зеленому, ходила, гуляла Молода княжна Марфа Всеславична: Она с камня скачила на лютаго на змея — Обвивается лютый змей около чобота зелен-сарафьян, Около чулочка шелкова, хоботом бьет по белу стегну... А в ту пору княжна понос понесла... А и на небе просветил ясен месяц. А в Киеве родился могуч-богатырь, Как бы молодой Волхв Всеславьевич: Подрожала мать-сыра земля, Стряслося словно царство индейское, А и сине море всколебалося Для ради рожденья богатырского...”

Русские литейщики, собираясь отлить какую-нибудь значительную вещь- колокол, стараются отвлечь внимание праздной и докучливой толпы от своей работы какою-нибудь новостью, выдумкой или вестью, которую молва пускает по городу. Мастера уверены, что отливка от этого лучше удается и в колоколе не будет пузырей.
Таким же точно образом тщательно скрывают день и час родов, отвлекая иногда внимание соседей какими-нибудь сказками и заставляя даже домашних отлучиться на это время, под произвольно придуманными предлогами. Этот обычай впрочем полезен, потому что всякий лишний человек при подобном деле помеха. По той же причине родильниц уводят тайком в баню, чтобы избежать в тесном доме помех и свидетелей; но топить в это время баню и душить роженицу на полке, в страшном жаре, есть обычай невежественный и вредный.

Обратимся теперь ко второму разряду поверий, изобретенных первоначально для того, чтобы застращать человека, заставить, малого и глупого, окольным путем, делать то, чего напрямик добиться от него было бы несравненно труднее. Эти поверья каждый мальчишка затверживает с тятей и мамой, повинуется им безответно и следует им безотчетно.
Например: не сорить, не ронять ни одной крошки хлеба, иначе будет голод и неурожай; другими словами: хлеб дорог, береги его и уважай его, как нужнейший нам Божий дар. Если кто за обедом, не доев своего ломтя хлеба, возьмется за другой, или отломит кусок от другого, то кто-нибудь из близких оголодает или будет терпеть нужду. Это, как поверье, глупо; но как правило житейское, хорошо и полезно. Не макать хлеба в сольницу, потому что крошки туда падают и соль, вещь покупная у мужика, засорится, не класть испеченый, особенно горячий хлеб на горбушку, потому что она тогда легко отстает и хлеб в промежутке этом легко плесневеет; кто ест хлеб с плесенью, будет хорошо плавать.
Скорлупу от выеденных яиц должно давить на мелкие части, иначе, если она попадет на воду, то русалки построят себе из нее кораблик и будут плавать, на зло и смех крещеным людям; а если скорлупа останется на дворе и в ней накопится дождевая вода, да сорока напьется, то у того, кто выкинул скорлупу, будет лихорадка. Заметьте, РУСАЛКА! Не хотели делать химерам приятного- плавать на кораблике, смущать народ своим видом. Все знали предки и знания свои передавали через устную речь и поверья. Вот в таком виде они до нас и дошли, в виде запретов и запугиваний.

Кто, не разбирая постов, есть скоромное, у того будет рябая невеста; почитая большим грехом не соблюдать постов, старики выдумали острастку эту для легкомысленных ребят. Маленьким ребятишкам говорят также в пост, что молочко улетело на березку, и указывают на первого веселенького воробья. Муха во щи залетела — счастье. Свистать в комнатах почитается или грехом, или дурным предзнаменованием; вероятно потому, что в жилом покое, где люди есть, не всякому приятен свист шалуна, который этим многим досаждает; чтобы застращать его, говорят, что от этого дом пустеет.

Поверье моряков, что в тихую погоду можно насвистывать ветер, который от свиста мало-помалу свежеет, должно отнести к тому, что в безветрие от скуки и нетерпения морякам нечего делать, и надо чем-нибудь позабавиться. Порожней колыбели не качать, а то дитя долго жить не будет.
Новорожденную должно купать в белом белье, чтобы бела была и нежна. Это недурно придумано, для того, чтобы заставить неопрятную мать или мамку не мыть ребенка в грязном белье, от которого и вода вся делается грязною; хотя многие этого не понимают.

Через порог не здороваться; поссоришься, либо дети немые будут. Невежливость здорованья через порог, не дав гостю войти, противна русскому хлебосольству; почему и придумали острастку.
Нехорошо возвращаться, идучи от людей из дому, когда уже совсем собрался, оделся, простился и ушел, потому что это по-пустому тревожить хозяев; а если что забудешь и воротишься, то значит скоро опять свидеться.
Не заставляй пришивать пуговицы на себе, или зашивать платье, которое надето; пришьют тебе память. Кто свищет в ключ, занятие не для всех слушателей приятное, тот просвищет память, позабудет, где что положил.

Кто сидя от безделья ногами болтает, тот черта качает; этим просто отучают от дурной привычки. Ребенка до шести недель никому не показывать, т. е., не раскрывать и не выносить; ребенка до году не стричь, и притом стричь в великий четверток, раз в год! и многие врачи советуют то же, полагая, что стричь ребенка должно только на весну, а не когда попало. Беременной не велят заготовлять белья для младенца, а то он жить не будет [общее и повсеместное поверье, что встречный предмет, особенно неприятный, имеет влияние на роды беременной женщины и даже на наружность ребенка, существует также в России и притом во всех сословиях]. Это значит: так как ей работать и шить тяжело, то ей обязаны помогать другие, а кто помогает обшивать невесту, тот помолодеет — и это придумано с добрым расчетом.

Кто, выстригшись, кинет куда-нибудь волоса, у того голова будет болеть; должно собрать их в кучу, свертеть и заткнуть под стреху или в тын, подальше: это, при неопрятности крестьян наших, недурное правило; иначе, может быть, по всей избе и по двору валялись бы кучи обстриженных волос. Впрочем, о поверьях, касательно соотношений разных частиц, взятых от плоти нашей, к живому телу и об основанных на этом чарах, - было говорено выше. Коли домовой завьет у лошади по-своему гриву, то не трогать ее, а то он рассердится и испортит лошадь: правда, космы в гриве — это болезнь, род колтуна, и если их остричь, то лошадь всегда почти захворает. Порядочным людям грешно купаться после Ильина дня (20-го июля); а после Ивана постного (29-го августа) грешно уже всякому, даже и сорванцу; потому что в конце июля вода дрогнет, как говорится, и зацветает; а в конце августа она холодна и ребятишки, набегавшись наперед, легко простужаются. Яблоки грешно есть до Спаса, а орехи прежде Воздвиженья; это основано на том, что до сих сроков яблоки и орехи редко вызревают и что ребятишек трудно удержать от незрелого, нездорового лакомства.

Если кто бьет домашних своих лучиной, как иногда привыкли делать злые старухи, тот сам иссохнет как лучина; недурно, если бы все этому свято верили. Кто в большой праздник проспит заутреню, того купают, бросают с размаху в воду, или обливают — обычай старинный, запрещенный даже особым указом 1721 года апреля 17-го. Вдова не должна быть в церкви, когда венчают; потому что в такое время вдова напоминает молодым неприятное и тем нарушает общее веселье. Ключей не класть куда попало на стол, иначе выйдет ссора в доме, а класть их всегда на определенное место, в стороне. Это поверье удивительно полезно и справедливо: как только хозяйка станет раскидывать ключи по столам, куда попало, то непременно вслед за тем станет искать их, обвинять и подозревать других, и выйдет брань и ссора.

Перебираясь на новое жилье, в старом не покидать copy, тряпья, черепков и проч. Во-первых, это-де подаст повод обвинять вас в колдовстве, а во-вторых, и вас можно над этим изурочить. В сущности же, полезное поверье это велит всякому, выбираясь из дому, выметать хоть сколько-нибудь жилье, где доведется вслед за тем жить другому.

С кладбища, с похорон, ни к кому не заезжать; привезешь смерть в дом; или же, возвратившись, приложить ладони трижды к печи: это не есть поверье простолюдина, а изобретение наших старушек, которые боятся смерти и не любят об ней вспоминать. Покойника должно как можно скорее снять с постели и положить на стол; душа его мучится за каждое перышко в перине и подушке; это крайне дурное, бесчеловечное поверье, которое причиною тому, что у нас весьма нередко человека еще заживо стаскивают с постели и тормошат на все лады, также придумано досужливыми вещуньями, коим везде и до всего дело и которые не могут дождаться часу, где до них дойдет очередь распоряжаться. В некоторых местах бессмысленная и наглая услужливость их доходит до того, что они стаскивают умирающего с одра смерти и торопятся обмыть и одеть его, покуда он еще не остыл, может быть, покуда он еще дышит. Первоначально все обычаи, относящиеся к этой торопливости, возникли, вероятно, от желания кончить, как можно скорее, печальные обряды и дать осиротевшим покой; но это употребили во зло, самым непростительным, бесчеловечным образом. Поверье, что у грешника ангелы душу сквозь ребра вынимают, чтобы она только и досталась сатане, принадлежит к числу вымыслов поэтических и также к числу суеверных острасток; подробный рассказ о том, как это делается, может быть удержит многих от дурного поступка.

Обратимся к третьему разряду поверьев, к таким, кои в сущности своей основаны на опыте, на замечаниях, но которые при всем том к каждому частному случаю применены быть не могут, потому что в них есть только общий смысл. Сюда относятся замечания о Погоде, об урожае, или так называемый календарь земледельца. Зима без трех подзимков не живет. Через 6 недель после первого снега с морозом, становится зима; в день Благовещения и Светлого Христова Воскресения бывает одинаковая погода; в день Алексея Божьего человека, 17-го марта, разверзаются все подземные источники; в день Преполовения, и в день Казанския Богоматери, 22 октября, всегда идет дождь: в день Илии Пророка всегда бывает гром — а к этому уже досужие толкователи прибавляют: а если не будет грома, то в этот год кого-нибудь убьет грозою или зажжет дом.

Реки вскрываются, когда дня бывает 14 часов, это поверье со средней Волги, и там оно подходит довольно близко к истине. Если беляк-заяц рано белеет, и когда зайцы с осени жирны, когда хомяк таскает рано большие запасы, — то будет внезапная и холодная зима. Если пчелы рано закупориваются, то будет ранняя и строгая зима, и наоборот: когда они заводят в другой раз детку, то будет продолжительная и теплая осень. Не знаю, до какой степени все эти приметы верны, но нельзя утверждать, чтобы у животных не было какого-то, для нас вовсе непонятного, предчувствия относительно погоды. Известно, например, всякому, что скотина глухо мычит перед дождем и бурей, дышит и роет землю; собака скучает и ест траву; петухи кричат взапуски с лягушками; воробьи и утки купаются в пыли, на сухой земле; галки с криком вздымаются высоко, роями; ласточка ширяет низко; на море морская свинка играет, бурная птица является внезапно и скользит по волнам; на этом и основаны живые барометры; зеленая лягушка, пиявица, рыба вьюн, предвещают довольно верно погоду, если держать их в склянке с водою.

Нередко человек предчувствует ведро и ненастье: мозоли болят, пальцы горят, ломота появляется в раненых или ушибенных членах . Есть люди, кои безотчетно, по какому-то темному, но верному чувству, угадывают близость кошки, как бы она не спряталась. Если солнце красно заходит, то на другой день будет ветрено; если пасолнца является, то это на мороз. Перед ненастьем табак льнет к крыше табакерки, как замечают табачники; перед ведром крышка ослабевает. Горничные наши знают, что после дождя и перед ветром подушки и перины делаются, как они говорят, легче, выше вздуваются. Таким образом, рассматривая собственно поверья, основанные на правильных замечаниях, но не всегда верно применяемые, мы невольно опять возвратились к поверьям сочувственным или симпатическим, как мы и вперед оговорились, сказав, что все принятые нами разряды незаметно друг в друга переходят.

Если лучина трещит, когда горит, и мечет искры, то будет ненастье. Это довольно верно; значит, лучина отсырела более обыкновенного и воздух вообще сыр. Если кошка спит, подвернув голову под брюхо, то это зимой на мороз, а летом к ненастью. Сюда же принадлежат поверья и приметы относительно ожидаемого урожая, и между ними есть такие, кои достойны всякого внимания; например: крестьянин замечает, как колос зацветает: снизу, со средины, или сверху; чем ниже, тем дешевле будет хлеб, а чем выше, тем дороже. Другими словами: здоровый и обильный колос всегда должен зацветать снизу; тогда можно надеяться урожая, если град не побьет и червь не поест, и тогда хлеб будет дешев; а чем выше колос зацветает, тем менее он даст, потому что плевелки ниже цвета всегда бывают пусты и не дают зерна, и, стало быть, тем дороже будет хлеб.

Если день Богоявления (января 6) теплый, то хлеб будет темный, т. е. густой; если ночь звездистая, то будет много ягод; а если, во время посева, у жуков под брюхом много яичек (вшей), то будет урожай; если они на передних лапках, то должно сеять ранее, если на средних, то позднее, а если на задних, то еще позже. Последние приметы, вероятно, одна только шутка.

Известные пятнышки на лице, вроде веснушек, появляющиеся временно у женщин, называют метежами, и говорят, что внезапное появление их есть верный признак беременности. В этом поверье есть истина; но она отнюдь не безусловна. Телятину есть считают грехом; вероятно,- это произошло от хозяйских рассчетов: во-первых, деревенские коровы перестают доиться без телят; во-вторых же, не расчет съесть теленка, из которого через 2—3 года выйдет полнорослая скотина. Кроме того, почитают грехом есть голубей, как священную птицу; не едят зайцев и всех вообще слепорожденных животных и однокопытчатых, т. е., с нераздвоенными копытами, вероятно, на основании Ветхого Завета. Угря не едят, не признавая его рыбой; а как, по пословице, в поле и жук мясо, то разрешают есть угря, когда в семи городах нельзя будет найти рыбы. Сома не едят, потому что сом чертов конь; рыба эта жирна, не вкусна и не здорова, кроме плеса, который идет в пирог. Раков не везде едят; уральские казаки называют их водяными сверчками и выкидывают из сетей. Зато во многих местах простолюдины не брезгуют грачами, галками и воронами; но сорок нигде не едят; а по уверению бывалых людей, в некоторых местах России запекают в пироги полевых мышей, под названием житничков.

Ямщик, если вы нанимаете его на протяжных, ни за что не повезет барыню с кошкой, уверял, что от кошки лошади худеют; от табаку, напротив, по уверению извозчиков, лошади добреют, и потому табак для них кладь желанная. Так например, известное влияние кошки же на змею весьма замечательно: змея не боится самой злой собаки, напротив, самая злая и смелая собака сильно пугается змей; но лишь только подойдет к ней кошка, как змея мгновенно свертывается в клубок и, схоронив голову, лежит не смея дохнуть, не бежит, не защищается, и кошка смело ее грызет. Индюшки также заклевывают змей, преследуя их с остервенением; овцы пожирают ядовитых тарантулов, от укушения коих другие животные умирают, по крайней мере, долго хворают. Видимо, этот страх у змей перед котами исходит из прошлых жизней, когда между зверолюдьми происходили войны и память о поражении в них осталась еще на подсознательном уровне.

Суеверие, будто у скопы ядовитые когти, вероятно, вышло просто из того, что скопа довольно странная птица, соединяющая в себе свойства хищных и водяных птиц; она питается рыбой, хватая ее не клювом, а когтями.

Выше говорили мы об остатках язычества; христианство вытеснило их из области веры, и они нашли приют в поверьях или суевериях.

Нельзя не отнести сюда всех суеверных обрядов, соединенных у простолюдинов с обрядами веры; их много; все пересчитать трудно. Обращаются, например, в известных случаях, с молитвою исключительно к тому или другому св. угоднику, полагая, что тогда молитва будет лучше услышана; молятся от слепоты — Казанской Богоматери; от глазных болей — Мине Египтянину, Лаврентию Архидиакону, Логину сотнику; от болезней вообще, Богородице Всех Скорбящих; от головной боли — Иоанну Предтече; от зубной боли св. Антипию; от лихорадки — св. Марою, также Фотинии или Василию Новому; от грыжи, — Артемию; от бесчадия, — Роману чудотворцу, также св. Ипатию; от трудных родов: — Богородице Феодоровской или св. Екатерине, если муж возненавидит жену — св. Гурию, Самону и Авиве; о согласии супругов — св. Евангелистам; о здравии младенцев — Богородице Тихвинской, Симеону Богоприимцу; от родимца — св. Никите; от оспы, Конону Саврийскому; о просвящении разума на грамоту — Козме и Демиану; на иконное писание: Иоанну Богослову; о сохранении от смерти без покаяния, — св. Палсию; об изгнании лукавых духов — св. Нифонту, или Марофу; о сохранении целомудрия — Мартимиану, Иоанну многострад., Моисею Угрину, Финаиде; от запоя — Вонифатию, также Моисею Мурину; от грозы — Богородице Неопалимой Купины, также Никите Новгородскому; о ведренной погоде — св. Илии; от потопа и беды на войне и на море — св. Николаю Чудотворцу; от скотского падежа — св. Медосту, также Власию; от конского падежа — св. Флору и Лавру; о сохранении скота от зверя — св. Георгию; он же защитник девиц и покровитель сельских работ; об овцах, св. Мамонту, или св. Анастасии; о свиньях, — св. Василию Великому; о пчелах — св. Зосиме и Савватию; о курах — св. Козме и Демиану, или св. Сергию; о гусях — св. муч. Никите; о рыболовстве — св. Ап. Петру; о добром сне и грезах — девяти мученикам; от вора и обидчика, Иоанну Воину; о обретении покражи и бежавших рабах — Феодору Тирону; о укрощении гнева человека — Прор. Давиду; от очарования — св. Киприану и Устинии, — и проч. Вот это поклонение перед святыми берет свой исток из Пантеона Богов Рода, предки знали, что Боги рядом и все видят и слышат. Помогают , если просьба искренняя и идет из открытого сердца.

Раскольники в особенности настоятельно требуют, чтобы остриженные ногти класть с ними вместе в гроб, и даже носят обрезки эти в перстнях.
Прежде нас жили на свете волоты, великаны, после нас будут пыжики, т. е. карлы. Народное поверье волотам назначает место жительства в вологодской стороне; вероятно этому подало повод одно только сходство звуков. Народ ожидает преставления света непременно в одну из великих суббот, перед Троицей. Если по торной дороге подымается столбовой вихрь, то это чертова свадьба, ведьма с сатаной венчается, или, по крайней мере, возится; а потому, если кинуть в вихорь этот нож, то он будет в крови. Чума летает уткой, а голова и хвост у нее змеиные.

Не дарить ни ножа, ни ножниц, не принимать булавки, разве уколоть слегка передателя, или отдать грош, т. е. купить вещи эти. Взяв от соседа прививку плодовую, или отводок, также должно положить около дерева копеечку, чтобы ветка хорошо принялась. Молодых супругов сажают на мохнатую шубу, в ознаменование привольной жизни; велят также стричь ребенка на шубе: богат будет; когда ребенок впервые пойдет, то черкнут ножом по земле между ног, что и называется перерезать путы. Если у ребенка долго зубы не режутся, то проколоть черному петуху гребешок, костяным или деревянным гребнем, и кровью помазать десны. Это поверье, принадлежа отчасти к разряду симпатических средств

Крестьяне рассказывают, что такие оборотни, т. е., волки, бывшие когда-то свадебными гостями, попадаются; если подобного зверя убьешь, то на нем, к крайнему удивлению всех крещеных людей, найдешь под шкурой красную рубаху, — но только без опояски! Так дорого можно поплатиться иногда за небольшую оплошность! Есть поверье, что ворон купает детенышей своих в великий четверток, и приносит для этого воду в гнездо свое в выеденном яйце. Ворон, ворона, грач, сыч, сова, филин, пугач, иногда также сорока и кукушка, — почитаются зловещими птицами, и притом не только у нас, но почти повсюду. Если ворон и филин кричат, сидя на кровле, то в доме быть покойнику.

Есть еще поверье, что если собаки ночью воют или когда они роют норы, то будет в доме покойник. Много раз уверяли тут и там люди, что собаки, лошади или другая домашняя скотина предчувствовали, предугадывали смерть хозяина, и что животные показывали это воем, мычаньем, ржаньем, ночным топотом, необычайною пугливостью, страхом Опытные врачи, фельдшера, сиделки и хожалки видят иногда по первому взгляду на больного, что его спасти нельзя. Иные утверждают даже, что слышут это чутьем, по испарине; почему же другое существо, или животное, не может видеть или слышать то же самое?

Tags: ХИМЕРЫ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment